Что будет, если в Таджикистане примут закон «Об иноагентах»? И насколько это реально

0
276

Парламент Кыргызстана принял в третьем чтении резонансный проект закона об иноагентах. Где еще он есть и почему Таджикистану не нужно идти по этому пути.

Парламент Кыргызстана принял поправки в закон «О некоммерческих организациях» (НКО). Данными поправками в закон об НКО внесены такие понятия, как «иностранная некоммерческая организация» и «некоммерческая организация, выполняющая функции иностранного представителя».

Проще говоря, теперь в Кыргызстане будет существовать статус «иноагента», который в последнее время «щедро раздаётся» в России.

Что в законопроекте?

Кыргызстанский закон об иностранных агентах был написан по образцу российского. Он осложняет работу некоммерческих организаций в Кыргызстане, в том числе журналистов и НКО, которые занимаются политическими исследованиями.

Согласно законопроекту, некоммерческие организации, получающие финансирование из-за рубежа и занимающиеся политической деятельностью, получат статус «иностранный представитель» и войдут в специальный реестр. 

Что будет, если в Таджикистане примут закон «Об иноагентах»? И насколько это реально

Парламент Кыргызстана на обсуждении законопроекта

В свою очередь, это предоставит право госорганам проводить проверки и более активно вмешиваться во внутренние дела признанных иноагентов.

На данный момент законопроект принят парламентом в третьем чтении. Это означает, что закон буквально в шаге от принятия – до вступления в силу нужна только подпись президента.

«В Кыргызстане несколько лет назад уже обсуждалось принятие закона – точнее поправок в закон о некоммерческих организациях, однако под давлением общественности, данный законопроект был признан недемократичным. Но, к сожалению, в 2024 году его принял парламент. Надеюсь, президент страны его не подпишет, и поправки не вступят в законную силу», – поделилась мнением Дилрабо Самадова, юрист, руководитель Офиса гражданских свобод Таджикистана.

По ее словам, вопрос прозрачности критично важен – но не обязательно ставить ярлыки на организациях, это ничем не усилит вопрос прозрачности.

«Это, наоборот, стигматизирует, усилит давление и преследование на организации, которые получают иностранное финансирование для своей деятельности. В первую очередь давление может коснуться правозащитных организаций, занимающихся чувствительными, неугодными вопросами», – говорит она.

США против

Представительство ЕС, а также посольства США, Канады, Великобритании, Германии и Франции опубликовали совместное заявление, в котором обратились к главе Кыргызстана с просьбой пересмотреть данный законопроект, так как он ставит под угрозу деятельность неправительственных организаций, противоречит международным нормам и снижает возможности других стран оказывать помощь, направленную на улучшение жизни кыргызстанцев.

«Если закон будет подписан в его нынешнем виде, он может нанести вред наиболее уязвимым слоям населения, которые нуждаются в таких базовых услугах как питание, здравоохранение и образование, которые предоставляют НКО и НПО», – говорится в заявлении.

Ранее тревогу по поводу поправок в закон об НКО выразил госсекретарь США Энтони Блинкен.

Однако в ответ президент Кыргыстана Садыр Жапаров попросил не вмешиваться во внутренние дела Кыргызстана. Более того, он заявил, что концепция кыргызского законопроекта крайне схожа с Законом о регистрации иностранных агентов, принятого в США.

«В этой связи не может не возникнуть вопрос: почему вам можно, а нам нельзя?», – заявил Садыр Жапаров.

Однако, в результате законопроект всё же был смягчен. Изначально за создание НКО, посягающей на личность и права граждан, предлагалось ввести уголовное наказание в виде штрафов и лишения свободы до десяти лет. После из законопроекта норму об уголовном наказании исключили, однако само положение о статусе иноагента оставили.

В каких еще странах существует статус «иноагента»?

В российском законодательстве статус появился в 2012 году после принятия поправок к Федеральному закону «О некоммерческих организациях». 

Свой список иноагентов принят и в Казахстане. В опубликованном в 2023 году реестре лиц, получающих деньги из-за рубежа, значатся 240 физических и юридических лиц. В этот перечень входят не только журналисты и правозащитники, но и представительства международных фондов и транснациональных компаний.

Что будет, если в Таджикистане примут закон «Об иноагентах»? И насколько это реально

Знаменитые россияне, признанные иноагентами

Например, Казахстанское международное бюро по правам человека, Федерация профсоюзов Казахстана, российский «Газпромбанк», компании Mitsubishi и Mitsui (Япония), американская Baker McKenzie, Норвежский Хельсинский комитет, Internews Network и другие.

 В 2021 году в Азербайджане приняли закон «О медиа», который обязал всех журналистов регистрироваться в едином реестре, а также запрещает финансировать азербайджанские медиасубъекты из-за рубежа.

В декабре 2023 года в соответствии с данным законом арестовали семерых журналистов. Согласно данным «Настоящего времени», местные и зарубежные правозащитники считают это новой волной репрессий против критически настроенных медиа, власти же говорят о «контрабанде» денег, якобы полученных от иностранных фондов. 

Подобные регулирующие законы также действуют в Австралии, Венгрии и Израиле В США тоже есть понятие «иностранного агента», например ими признаны Russia Today и Sputnik. Более того, США были первыми, где был создано и принято понятие «иноагента».

Однако, некоторые эксперты считают, что в дальнейшем это понятие было заимствовано другими странами, но использовано по-своему.

«Закон, который принят в России и теперь принимают в Кыргызстане, абсолютно отличается от своего американского аналога. Изначально закон принимался для усиления прозрачности в России, однако в итоге действия закона стали карательными и направились в совсем другую сторону – он разрушил гражданское общество России», – считает Дилрабо Самадова.

Свое мнение также высказал медиаэксперт Абдумалик Кадыров.

«Сегодня многие страны принимают такие законы, даже те, в которых демократические институты очень развиты, как часть широкой стратегии национальной безопасности, направленной на защиту страны от потенциальных угроз извне. Однако, наряду с ними, такие законы, все чаще, стали принимать авторитарные режимы и режимы с ограниченными политическими свободами, используя их для контроля и ограничения деятельности неправительственных организаций, медиа и политических конкурентов, которые могут поддерживать альтернативные правительству  точки зрения», – сказал он.

Необходимо также отметить, что в прошлом году свой закон об «иноагентах» хотели принять в Грузии. Однако после массовых протестов грузинский парламент его отклонил.

А что в Таджикистане?

В Таджикистане уже были попытки ограничить деятельности НПО. В 2016 году в закон «Об общественных объединениях» были добавлены поправки, которые обязали все общественные объединения отчитываться о грантах и других средствах, получаемых из-за рубежа и от местных организаций.

Тогда Хамидулло Машрабзода, замглавы Нацбанка РТ, представляя поправки в закон депутатам, отметил, что изменения внесены в соответствии с рекомендациями Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием преступного капитала (FATF).

«Все общественные объединения обязаны раз в год публиковать подробный финансовый отчет на своем сайте. Этот же финансовый отчет предоставляется органу, который официально зарегистрировал общественное объединение. Этот орган, в свою очередь, отправляет отчет в Нацбанк страны», – отметил тогда Машрабзода.

Что будет, если в Таджикистане примут закон «Об иноагентах»? И насколько это реально

Но будет ли ужесточен закон Таджикистана еще больше? Своим экспертным мнением на этот счет поделились местные эксперты.

На данный момент такой угрозы нет, считает другой эксперт Мухаммад Шамсуддинов.

«Я не думаю, что закон об «иноагентах», недавно принятый в Кыргызстане, будет принят и у нас. Специфики разные тут. В Кыргызстане последние пару лет идёт процесс усиления исполнительной власти, а если быть точнее президента и правоохранительных органов. Это приводит к увеличению контроля над обществом и соответственно усилению контроля над деятельностью иностранных организаций и гражданских активистов, – поясняет он.

– Почему из всех стран региона именно в Кыргызстане был принят этот закон? Как уже было сказано выше, исполнительная власть в этой стране была не так устойчива, что приводило к постоянным переворотам и «революциям». И одной из причин этого власти видят в открытости кыргызстанского общества, в наличии большого количества гражданских активистов и иностранных организаций. Другие страны региона пока в этом не нуждаются. Они уже в определенной степени контролируют гражданское общество, деятельность общественных деятелей и разных иностранных организаций, сохраняя стабильность в государстве».

Своим мнением поделился и Абдумалик Кадыров. 

«Возникает резонный вопрос: кто следующий? Узбекистан? Туркменистан? Таджикистан? Думаю, в Центральной Азии не будет следующего. И вот почему. Узбекистан, мне кажется, также не пойдет по «российскому пути». Хотя бы просто «из принципа». Да и предпосылок, пока, для «закручивания гаек» в этой стране нет. Президент Мирзиёев сильно хочет доказать мировому сообществу, что «он не такой», он реформатор.

Да и инвестиции, которые так хорошо сейчас привлекает Узбекистан в свою экономику, куда важнее авторитарных инструментов подавления инакомыслия: ведь создавать стабильность в стране можно не только путем подавления всех и вся, но и путем создания рабочих мест, улучшения условий жизни, создания правил игры для бизнеса и т.п. А закон «Об иноагентах» – это топор, которым рубят дерево, на котором растут «иноденьги», то есть, инвестиции»,- сказал он.

Что будет, если в Таджикистане примут закон «Об иноагентах»? И насколько это реально

Что касается Таджикистана, то Кадыров считает, что «узбекский вариант нам более выгоден, чем кыргызский».

«Казахстан принял свой закон под влиянием январских событий 2022 года, а Кыргызстану очень хочется создать в стране стабильность, чтобы ни у кого не было возможности, да и желания, организовывать никаких тюльпановых или других цветочных революций. 

В Таджикистане, что касается НПО, против которых, в основном, направлены такие законы, то они на сегодня настолько ослабли, что перестали быть угрозой для кого-либо. Кроме того, они отчитываются государству сразу после поступления денег на их счета.

Также в Таджикистане в прошлом году создали рабочую группу по укреплению имиджа государства в международных рейтингах – шаг, который заслуживает похвалы. Ведь, если посмотреть на статистику инвестиций международных финансовых институтов, только один Всемирный Банк управляет в Таджикистане 24 проектами на сумму полтора миллиарда долларов. Не говоря уже о других финансовых институтах и донорских организациях. Так что я думаю, что Таджикистану нужны реальные инвестиции», – считает эксперт.

Он отметил еще один момент – нужно при принятии решений иметь ввиду граждан, работающих в этих организациях.

«Сотрудники НПО такие же граждане, как и представители других секторов. Они также работают на благо нашей родины. Они также кормят детей, отцов и матерей. Они платят налоги также,  как и все другие, из которых затем формируются фонды зарплаты для учителей, врачей, милиционеров и представителей органов власти. Так что, ограничивая деятельность представителей неправительственного сектора, мы будем отнимать кусок хлеба у своих же детей», – считает Абдумалик Кадыров.

Источник