ЦАРСКИЙ ТАШКЕНТ: СОКРОВИЩА КУПЦА АСКАРОВА

0
49

ЦАРСКИЙ ТАШКЕНТ: СОКРОВИЩА КУПЦА АСКАРОВА

В 1887 году парижское ученое археологическое общество заочно избрало своим членом ташкентского коллекционера купца Акрама Аскарова. Именно ему суждено было стать первым узбеком, членом зарубежного научного общества.
                  
Это был весьма состоятельный человек, среди ташкентцев он был больше известен как Акрам-палван за высокий рост и необычайную физическую силу. Это прозвище позднее переросло в фамилию и в некоторых газетных публикациях той поры его нередко именовали Акрамом Палвановым.

Он был не только преуспевающим и предприимчивым купцом, но и активным поборником усовершенствования местных методов шелководства и шелкопрядчества. Именно поэтому его в 1886 году назначили распорядителем кустарного отдела на крупной Туркестанской сельскохозяйственной и промышленной выставке. Здесь также были представлены керамика, медночеканные и ювелирные изделия края.

«Деятельность г. Акрама Аскарова, – говорилось в отчете, автором которого был редактор газеты «Туркестанские ведомости» Н.Маев, – еще на выставке прошлого, 1885 года, обратила на себя внимание г. Главного начальника края. Аскаров на нынешней выставке заявил себя как прекрасный шелковод, далекий от обычной азиатской рутины. В его павильоне можно было видеть образцы шелка превосходной размотки даже в две нити, что представляет большие трудности. Тут же на большом столе разложены были образцы грены, коконы айлантового шелкопряда, больные черви (в спирту), коконы тутового шелкопряда разных пород. На стене развешен был интересный гербарий следующих местных видов и разновидностей тутовника: бидона, дилона, илан, иркек, кунак, марвари, балхи, шах, кара и кизыл-тут.

Сам уважаемый экспонент во все время выставки находился при своем павильоне и, владея довольно свободно русским языком, охотно давал все объяснения желающим.

Из плодов г. Аскаров выставил только два сорта фиг (плоды инжира – Р.Н.): желтые и черные.

Кроме того, павильон Аскарова был украшен снаружи большими гроздьями винограда, что, к слову сказать, привлекало к павильону огромное количество ос. Эти непрошенные и очень назойливые крылатые эксперты по части винограда немало надоедали публике, посещавшей павильон г. Аскарова».

По итогам выставки предпринимателю была присуждена большая серебряная медаль за успехи в шелководстве.

Четыре года спустя на очередной выставке в Ташкенте вновь успешно функционировал принадлежавший Аскарову павильон, ярко и колоритно в национальном стиле оформленный местными мастерами резьбы по дереву. В нем демонстрировались образцы кустарно-ремесленного производства, в числе которых были изделия шелкоткацкой мастерской Акрама Аскарова и новейший станок, сконструированный самим купцом. Но подлинной изюминкой павильона, конечно же, была коллекция древностей его хозяина, которую составляли монеты разных эпох и государств, сосуды и светильники, вазы и амулеты, перстни и другие ювелирные изделия старины, предметы народного быта.

В 1884 году ташкентский купец, довольно хорошо знакомый с историей и литературой мусульманского мира, свел знакомство с прибывшим в Туркестан из Петербурга востоковедом и археологом Н.И. Веселовским. Россиянин с первого же дня знакомства разглядел в нем нужного и полезного ему человека. И не ошибся: знание местной жизни, языков и быта народов Средней Азии, умение разговаривать с различными людьми, широкая осведомленность о памятниках старины края сделали Аскарова правой рукой Веселовского.

Отныне ташкентский любитель старины стал постоянным спутником в многочисленных поездках российского ученого по Сырдарьинской и Ферганской областям, Бухарскому эмирату. Причем Аскаров вовсе не был простым чичероне: Веселовского просто поражало то обстоятельство, что его спутник, «не будучи научно грамотным, обрел такой навык в собирании древних монет, что довольно точно определял время их чеканки».

Высоко оценивая неутомимую и весьма полезную деятельность Акрама Аскарова, Веселовский настойчиво ходатайствовал перед Русским географическим обществом о награждении ташкентца «за его заслуги перед археологией. 

Акрам Аскаров, – писал он в своем прошении, – представляет по своей деятельности и предприимчивости явление весьма редкое… Он проникся убеждением, что всякая древность имеет, кроме материальной ценности, еще другую – историческую, утрата которой невознаградима никакими деньгами, и сделался ревностным оберегателем случайных находок от невежественного обращения с ними. В Ташкентский археологический музей он представил как от себя, так и от других много древних памятников, и притом без всякого вознаграждения… Живо интересуясь археологией, он не только не нажил от нее барыши, но сам еще нес приплаты. Такое отношение Аскарова к археологии заслуживает, как я думаю, внимания со стороны нашего Общества.

Обращение маститого профессора не осталось без ответа: 30 марта 1887 года Российское археологическое общество приняло решение наградить Акрама Аскарова «малой серебряною медалью, выдаваемой за содействие успехам археологии». И уже через короткое время Парижское археологическое общество, узнав из российских источников о ташкентском подвижнике, заочно избрало его своим членом…

К сожалению, жизнь этого деятельного человека оборвалась весьма неожиданно. Его, казалось бы, несокрушимое богатырское здоровье было подорвано банальным скоротечным туберкулезом: Акрам-палван с осени 1891 года уже не вставал с постели. Посетивший его незадолго до кончины известный просветитель  Н.П. Остроумов оставил в своем дневнике любопытную запись: «Вспоминаю, с каким благодарным видом встретил меня Акрам Аскаров, лежавший в чахотке, когда я навестил его. Как он был трогательно возбужден тогда, просиял и ободрился… Я просидел у него более часа». 

Чувствуя приближение конца, Аскаров беспокоился о судьбе своей богатой нумизматической коллекции. По предсмертной воле сына мать после его кончины обратилась с прошением к генерал-губернатору Туркестанского края.

В нем говорилось, что «Аскарходжа перед смертью завещал, чтобы все его движимое и недвижимое имущество было разделено между его сонаследниками, а о собранной им коллекции древностей было доведено до сведения начальства».

Бескорыстный любитель старины скончался 15 октября 1891 года и был похоронен в родном городе. Вскоре после этого по распоряжению канцелярии туркестанского генерал-губернатора чиновнику особых поручений, впоследствии крупному историку и археологу, Д.И.Эварницкому было поручено составить опись коллекции умершего купца. Затем коллекция была передана на хранение в Ташкентский музей.

Сделанная опись свидетельствовала, что в составе коллекции находились более двенадцати тысяч медных, около полутора тысяч серебряных и семнадцать золотых монет. Позднее часть этих древностей была приобретена Эрмитажем для нумизматического кабинета Средней Азии.

Собрание петербургского музея обогатилось редчайшими монетами чекана царей Бактрии, династий Сасанидов, Саманидов, Газневидов, Хорезмшахов, бухар-худатов, Илек-ханов, Тимуридов и Шейбанидов – вплоть до монет мангытских, кашгарских и кокандских правителей XVIII-XIX веков.

Так завершилась жизнь бескорыстного любителя и собирателя древностей Акрама Аскарова.

Рубен Назарьян

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь