БЕЗОПАСНОСТЬ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ: ЕСТЬ ЛИ АЛЬТЕРНАТИВЫ У ОДКБ?

0
95

Система региональной безопасности начала формироваться в Евразии сразу после распада Советского Союза. Военно-политический вакуум, образовавшийся на территории бывшего СССР, грозил превратить все постсоветское пространство в очаг нестабильности, сотрясаемый вооруженными конфликтами. Причинами обострений могли стать территориальные споры, в том числе несогласие ряда этнических групп с территориальным разделом без учета их стремления самоопределиться и создать свое государство (Приднестровье, Нагорный Карабах (Арцах), Южная Осетия, Абхазия. — Прим.  Ia-centr.ru). 

Для государств Центральной Азии ситуация усугублялась еще и тем, что этот субрегион подвержен влиянию исламского фундаментализма, а также имеет большой потенциал возникновения межэтнических и религиозных конфликтов, из-за специфики расселения этнических групп, не совпадающего с постсоветскими государственными границами.  

Еще одна угроза, нависшая над Центральной Азией, — приход в 1992 году к власти в Афганистане моджахедов, провозгласивших его исламским государством, которые могли предпринять попытки расширить его территориально вплоть до казахстано-российской границы. 

Поэтому, помимо раздела советской армии на национальные, был запущен и обратный процесс военно-политической интеграции бывших советских республик.  

Соседи объединяются ради безопасности

15 мая 1992 года в Ташкенте был заключен Договор о коллективной безопасности, к которому присоединились Армения, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан и Узбекистан. Позже к ним присоединились Азербайджан, Грузия и Белоруссия. 

Это межгосударственное соглашение стало основой для создания Организации Договора коллективной безопасности, в которой, по сути, Россия брала под защиту остальных участников объединения.

Также реализация на территории постсоветского пространства технологий «цветных революций» актуализировала для руководства стран СНГ необходимость защиты своих политических режимов. После чего ОДКБ стала рассматриваться в качестве структуры, способной обеспечить им такую защиту. 

Правда, сейчас в Организации Договора о коллективной безопасности находится только шесть государств. Азербайджан и Грузия «не задержались» еще на стадии Договора, а Узбекистан в 2012 году приостановил свое членство в уже созданной ОДКБ. 

Причиной этого стали усилия США по сдерживанию развития обороноспособности региона, которые пытались реализовать на постсоветском пространстве альтернативную модель интеграции без России – ГУУАМ.  

Важным шагом в дальнейшем укреплении ОДКБ стало создание в 2000 г. региональных сил в Центральной Азии в форме коллективных сил быстрого развертывания и принятие плана на 2001–2005 гг. по формированию коллективной безопасности.  

В настоящее время в системе коллективной безопасности присутствуют Коллективные силы оперативного реагирования (18 тыс. человек), миротворческие силы (3,6 тыс.), Коллективные авиационные силы (КАС), а также региональные группы: Коллективные силы быстрого развертывания в Центральной Азии (ксбр цар; 5 тыс.), восточно-европейская (Россия и Белоруссия) и кавказская (Россия и Армения) группировки.  

Российские поставки вооружения членам ОДКБ

Для России ОДКБ — это не только одна из форм обеспечения собственной безопасности, но и инструмент защиты интересов своих союзников. Поэтому по линии ОДКБ Россия продолжает поставлять вооружение и военную технику другим странам — участницам Организации. 

Фактически Россия помогает модернизировать и оснащать современными видами вооружения армии союзников. 

Так, за последние годы Россия поставила: 

·      в Армению: средства ПВО – ЗРК С-300ПС, ЗРК «Бук-М1-2», РК «Искандер-Э»; самолеты СУ-30СМ, ТОС-1А «Солнцепек», РСЗО «Смерч», ПТУР 9М113М, бронемашины «Тигр», комплекс РЭБ «Автобаза-М»; 

·      в Белоруссию: средства ПВО – ЗРС С-400 «Триумф», ЗРПК «Панцирь-С1», ЗРК «Тор-М2», ЗРК С-300ПС»; самолеты СУ-30СМ, ЯК-130; вертолеты Ми-35М, Ми-8МТВ-5; бронетехнику – БТР-82А, Т-72Б3; бронемашины «Тигр»; РК – «Искандер-М», ТРЛК 12А6 «Сопка-2»; РЛС – «Противник-ГЕ»;

·      в Казахстан: средства ПВО – ЗРК С-300ПС, ЗРПК «Панцирь-С1», самолеты СУ-27С, СУ-30СМ, Як-130, Ил-76МД-90А; вертолеты Ми-35М, Ми-8АМТ; бронетехнику – БМП-97, БТР-82А, БМПТ «Терминатор»; РК «Искандер-Э», ТОС-1А «Солнцепек», рейдовый тральщик проекта 10750Э;

·      в Киргизию: вертолеты Ми-8МТВ, Ми-8МТ, Ми-24В; бронетехнику – БТР-70М, БРМД-2М; самолеты Ан-26; ЗРК С-125-2М «Печора-2М»;

·      в Таджикистан: вертолеты Ми-8, Ми-24; бронетехнику – Т-72Б1, БМП-2, БТР-80, БТР-70, БРДМ-2М; ЗРК С-300; гаубицы Д-30. 

Также в последнее время активно обсуждается вопрос о развитии кооперации в сфере выпуска военной продукции. На заседании Межгосударственной комиссии по военно-экономическому сотрудничеству ОДКБ в Душанбе в апреле 2023 года об этом говорил председатель комиссии и по совместительству министр промышленности и торговли России Денис Мантуров. 

Он обратил внимание, что при такой кооперации «важно учитывать национальные интересы, не нарушить уже сложившиеся балансы в части распределения задач и специализации, а также усилить акцент на стандартизации вооружения и военной техники в рамках ОДКБ». 

Альтернативные военно-политические проекты в Центральной Азии 

В настоящее время на территорию Центральной Азии проецируются альтернативные военно-политические проекты. 

Турцией активно продвигается идея создания «армии Турана», которая должна стать форматом военной интеграции тюркоязычных государств. 

Вопрос об этом актуализировался после совместной победы Турции и Азербайджана в нагорно-карабахском конфликте, где были продемонстрированы возможности турецкого ВПК при успешном применении их БПЛА. Также турецкая сторона с ревностью восприняла проведение успешной операции ОДКБ в Казахстане при пресечении попыток государственного переворота в январе 2022 года.  

При этом следует обратить внимание, что турецкий проект охватывает четыре страны Центральной Азии (Казахстан, Киргизию, Туркменистан и Узбекистан), в отличие от ОДКБ, куда входят в настоящее время три из пяти государств субрегиона (Казахстан, Киргизия и Таджикистан). 

Сейчас Анкара активно входит в регион в военно-техническом плане, поставляя в страны региона свои БПЛА Bayraktar и Anka, а также бронетехнику. 

В Казахстане поднимался вопрос о закупке БПЛА Anka с последующей организацией их производства на территории республики, а также бронемашин Cobra. Киргизия в декабре 2021 года получила для своих ВС 40 турецких ударных БПЛА Bayraktar-TB2.

Туркменистан также имеет на вооружении турецкие беспилотники и даже продемонстрировал их в сентябре 2021 года на параде по случаю 30-летия независимости. Узбекистан закупил в Турции легкие бронемашины EJDER 4х4 и начал их производство на своей территории с 2020 года под брендом «Тарлон». Предполагается, что рынком сбыта этой техники станет Венгрия. 

Сейчас продолжается экспертная дискуссия по поводу активности Турции в регионе: либо Анкара реализует свои экспансионистские задачи в Центральной Азии, и «армия Турана» (военно-политический блок тюркских государств) необходима ей для защиты своих внешнеполитических и экономических интересов, либо она действует в фарватере устремлений НАТО и, соответственно, направляема Вашингтоном или, что более вероятно, Лондоном. 

США в Центральной Азии

Основная цель США и Британии на всей территории Евразии — окончательно демонтировать архитектуру безопасности, в основе которой присутствуют интересы России, а также не допустить появления иных военно-политических союзов, которые нельзя будет взять под контроль. 

Поэтому на протяжении всего постсоветского периода англосаксонские стратеги пытаются «размотать» регион, фрагментировать его, пытаясь убрать из региональной повестки общую цель по обеспечению мира и безопасности в Евразии.

Вспыхнувшие вновь в прошлом году конфликты на границе между Кыргызстаном и Таджикистаном, а также в Нагорном Карабахе, являются следствием их деятельности и нацелены на дискредитацию ОДКБ. 

США и НАТО принялись активно развивать сотрудничество со странами Центральной Азии после 11 сентября 2001 года, когда была начата операция «Несокрушимая Свобода» в Афганистане против ячеек Аль-Каиды* (террористическая организация, запрещенная в России) в ответ на атаку террористов в самих Соединенных Штатах. Эта операция позволила выстроить логистические цепочки через Центральную Азию, обеспечивая снабжение войск на сопредельной с центральноазиатскими республиками территории.  

В военно-техническом плане США передавали странам ЦА военную технику, в том числе снятую с вооружения у себя. 

Так, к примеру, с 2007 по 2017 год Казахстану были переданы снятые с вооружения в Соединенных Штатах 4 вертолета «Хью-2». В 2022 году были переданы беспилотники для мониторинга границ, и есть вероятность, что данные мониторинга могут передаваться военным США. Таджикистану передавались тактические транспортные средства и средства связи. В 2023 году поднимался вопрос о поставках американцами в страны ЦА вооружения, о чем заявлял Дональд Лу на слушаниях в комитете по международным отношениям Сената Конгресса США. 

Периодически в Центральной Азии НАТО и Соединенные Штаты проводят учения. Так, в 2021 году в Казахстане были проведены учения «Степной Орел», а в прошлом году в Таджикистане — «Региональное сотрудничество — 2022». 

Такие учения позволяют не только изучить возможности армий центральноазиатских государств, характеристики командного состава, но также изучить предполагаемый театр военных действий и социально-политическую обстановку в государствах ЦА.  

В настоящее время страны Центральной Азии участвуют в следующих натовских программах: Программа совершенствования военного образования — Казахстан и Узбекистан; Индивидуальные планы действий партнерства — Казахстан; Платформа оперативной совместимости – Казахстан; ну и, конечно же, «Партнерство ради мира», в которой участвуют все пять республик ЦА. Несомненно, эти программы являются инструментами американской «мягкой силы», позволяющей формировать прозападную лояльность в рядах вооруженных сил центральноазиатских государств. 

Судя по характеру сотрудничества НАТО и США со странами ЦА, регион рассматривается Вашингтоном как одно из вероятных мест военного столкновения с Россией или Китаем. 

Подтверждением этого также является размещение бактериологических лабораторий во всех пяти республиках под видом центров борьбы с опасными заболеваниями, финансируемых США и другими странами НАТО, которые могут использоваться в военных целях. 

Кроме того, активное развертывание сотрудничества НАТО со странами Центральной Азии также продиктовано целями североатлантического альянса по обеспечению своей энергетической безопасности и доступа к мировым транспортным коммуникациям. Это подразумевает возможность использования военных сил для беспрепятственного доступа к месторождениям газа и нефти в Центральной Азии и создания «различных проблем» для конкурентов при транспортировке товаров по тем или иным путям. 

Все это укладывается в сценарий однополярного мира, написанный «за океаном». Он предполагает, что может быть только один гарант безопасности в мире — Соединенные Штаты, которые будут оказывать помощь тем, кто принимает их стандарты демократии и «правила игры», и карать других, кто хочет сохранить свою независимость. 

Позиция стран Центральной Азии

В последнее время политические элиты стран Центральной Азии начинают понимать, какое место им (и их народам) хотят определить в однополярном мире. 

Поэтому сейчас проявляется внешнеполитическая тенденция в Центральной Азии на усиление развития сотрудничества с Россией в военном и военно-техническом плане. 

Последний парад Победы в Москве (9 мая 2023 года) это наглядно продемонстрировал, где, несмотря на давление США, собрались руководители всех пяти центральноазиатских республик. 

Источник