ГОД СВО: ЧАСТЬ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ УЗБЕКИСТАНА НЕ ПОНИМАЕТ, ЧТО ДОМИНИРОВАНИЕ США ЗАКОНЧИЛОСЬ

0
255

Специальная военная операция России не внесла существенных коррективов во внешнеполитический вектор Узбекистана. Ташкент по-прежнему будет реализовывать проекты, отвечающие его экономическим интересам. Это постепенное вхождение страны в ЕАЭС, строительство АЭС и наращивание производства. Об этом в интервью Ia-centr.ru рассказал директор Центра исследовательских инициатив Ma'no Бахтиёр Эргашев.   

– Какие плюсы для себя смог извлечь Узбекистан за год проведения СВО?

– Сложный вопрос. Официальная статистика показывает, например, довольно серьёзное увеличение объёмов внешней торговли Узбекистана и России в 2022 году.

Вычленить те параметры, которые бы чётко были связаны именно с СВО, с теми изменениями, которые произошли в связи с ней, очень трудно. Потому что, например, очень трудно из статистики понять структуру и объемы параллельного импорта из Узбекистана.

В Узбекистане в 2022 году произошёл очень резкий рост количества денежных переводов из России: поток увеличился почти в два раза – ежегодно они составляли $5-6 млрд, но в прошлом году они превысили 12 млрд. Это связано не только с трудовыми мигрантами, но и с тем, что большое число релокантов приехали в Узбекистан и им перечисляли деньги из России.

После ухода из России крупных компаний, производящих легковые автомобили, появилось «окно возможностей» для экспорта в РФ узбекской автомобильной продукции – есть рост в этом направлении, он прослеживается в цифрах. Но, опять же, он идет по серым схемам через Казахстан.

Сказать, что произошли серьёзные, кардинальные изменения в структуре внешней торговли Узбекистана и России пока нельзя. Глубинных изменений структуры внешней торговли я пока не вижу.

– Как повлияло ведение спецоперации на настроения элит, которые раннее обозначали готовность вести переговоры по проектам возможного будущего вступления в ЕАЭС, строительства АЭС, открытия промышленных объектов и т. д? Что изменилось?

– Важный момент. Есть точка зрения, её высказывали и некоторые российские эксперты, о том, что страны, в частности, Центральной Азии в условиях глобального противостояния между западным блоком и незападным блоком должны определяться и выбирать однозначно какую-то сторону.

Мне кажется, что этот подход имеет свои слабые стороны. Я твёрдо убеждён в том, что, вне зависимости от длительности и результатов СВО, Узбекистан будет продолжать политику сбалансированной равноудаленности от глобальных центров силы и, в частности, от России. Это нужно понять и принять.

Я понимаю: когда страна находится в состоянии острого конфликта, ей нужны однозначные ответы на то, кто и с кем. И эта позиция России, российских экспертов и журналистов понятна. Но при всём этом нужно понимать и позицию Узбекистана, который до событий СВО вёл политику сбалансированной равноудалённости, ведет ее сейчас и будет продолжать ей следовать после завершения СВО.

Я с трудом себе представляю, чтобы изменилась позиция Узбекистана в отношении неучастия в каких-то военно-политических блоках. Нужны какие-то чрезвычайные изменения, форс-мажоры глобального масштаба, чтобы эта позиция изменилась.

Что же касается вступления в ЕАЭС. Давайте исходить из того, что Узбекистан изначально, в 2020 году, заявил, что вступление в ЕАЭС будет эволюционным, постепенным и займёт время. Это было сказано до 24 февраля 2022 года. С тех пор ничего не изменилось.

По вопросу строительства атомной электростанции в Узбекистане, которое началось в 2018 году. Этот процесс на самом деле, при всех своих сложностях, идёт. Хотя, понятно, что изначально определённая часть элиты в Узбекистане была против этого проекта, и с началом СВО их аргументация усилилась – там уже предлагают иные варианты.
Начали раскручивать вопрос о том, что АЭС может строить не только «Росатом», но и другие страны. В частности, говорят о французских компаниях. Но у этой французской компании есть, например, такой кейс, как затянувшееся почти на 20 лет строительство атомной электростанции в Финляндии. Узбекистану нужен партнёр, который будет строить АЭС 20 лет?

Эти вопросы сейчас активно разгоняются, есть определённые группы в элите, которые не хотели бы, чтобы АЭС в Узбекистане строил «Росатом». Но есть элитные группы, которые понимают, что на самом деле «Росатом» предлагает наиболее оптимальный проект, включающий все вопросы – от образования, подготовки кадров и заканчивая утилизацией использованного ядерного топлива. Например, мало кто знает об этом, но в 2023 году состоится выпуск первого набора бакалавров из филиала МИФИ в Ташкенте. Движение есть, проект продвигается.

Что же касается того, что в Узбекистане изменилось отношение к российскому бизнесу, к присутствию российского бизнеса. Идут очень активные процессы, когда крупные российские компании входят со своими бизнес-проектами, инвестициями в Узбекистан.

Пример: единственный в Узбекистане крупный шинный завод в Ангрене выкупила российская компания «Татнефть». Растут объемы российских инвестиций в экономику Узбекистана. В 2022 году Россия была крупнейшим инвестором в узбекскую экономику. Это касается и химической промышленности, машиностроения, металлургического производства.

СВО не оказало отрицательного влияния на уровень и объёмы узбекско-российского экономического сотрудничества.
Проблема, на самом деле, более глобальная. Заключается она в том, что те группы в элите, которые ориентированы на Запад, как мне представляется, не до конца понимают всю глубину тех огромных, глобальных тектонических изменений, которые происходят.

Они по-прежнему ориентированы на Запад по нескольким причинам. Во-первых, они до сих пор уверены, что эпоха однополярности с полным доминированием США и их союзников в мировой экономике и в глобальной политике сохраняется. На самом деле изменения идут кардинальные и мир уже никогда не будет таким, каким он был до 24 февраля 2022 года. Мы уже не увидим, например, того доминирования доллара, которое было до этого в мировой экономике и в мировой торговле. Роль доллара будет только снижаться, и динамика всех последних лет это подтверждает. Это означает, что будет снижаться влияние США.

В политической сфере события после 24 февраля 2022 года показали, что глобальное одностороннее доминирование США не устраивает большинство стран мира.
В той или иной мере, активно или пассивно, но сопротивление этому доминированию есть, и оно сейчас институционально оформляется в виде трансформирующейся ШОС и особенно в формате расширяющегося БРИКС.

У Соединённых Штатов всё меньше возможностей, чтобы продолжать своё доминирование, но этого не понимают люди, которые принадлежат к части элит, настроенных решительно прозападно.

Во-вторых, нужно помнить, что эта часть элиты ориентирована на Запад ещё и чисто по финансовым соображениям. Эти люди, выступая с антироссийских позиций, являются сторонниками вхождения Узбекистана в такую полумёртвую организацию, как ВТО.

Эти люди работают на то, чтобы Узбекистан под видом активизации его участия в международной торговле попал в зависимость от международных финансовых институтов, у которых уже сейчас активно заимствует кредитные средства.

Внешний долг Узбекистана растёт, ситуация начинает выходить из-под контроля. Когда страна занимает финансы в международных финансовых организациях – у того же Международного валютного фонда, Всемирного банка, Азиатского банка, – находящихся под прямым контролем западных финансовых кругов и западных правительств, она попадает в политическую зависимость от этих кредиторов.

Источник