3 октября день рождения у Зебо Амин-Заде — Народной артистки СССР, руководителя легендарного танцевального ансамбля «Зебо», которая и по сей день продолжает обучать молодое поколение прекрасному искусству танца.
Семь лет назад мы встретились с этой замечательной женщиной, чтобы поговорить о том, как сложилась ее судьба и судьба ансамбля «Зебо». Публикуем эту историю сегодня.
Искусство – в крови
— Зебо Мухидиновна, во многих источниках говорится, что вы – дочь известного таджикского поэта Мухидина Амин-Заде и Народной артистки Таджикистана Ойдиной Усмановой. Значит, искусство у вас в крови…
— Не только мои родители, но и мои предки были творческими людьми. 11 членов семьи моего отца были поэтами и даже переписывались между собой стихами. Что касается материнской линии, то моя мама – актриса Ойдиной Яхьяевна Усманова – дочь талантливой певицы, танцовщицы и актрисы Кароматхон Закировой, примы театра в Худжанде. Они обе – Народные артистки республики. Так что я — актриса в третьем поколении.
— Актриса? Я думала, вы – хореограф и танцовщица. Как же вы пришли в профессию?
— Я начинала карьеру как артистка балета в балетной группе в Ленинабадском музыкально-драматическом театре им. Пушкина (ныне – Худжандский театр музыкальной комедии им. Камола Худжанди). Я танцевала на спектаклях и исполняла различные роли.
В моем репертуаре были роли, которые в свое время на этой же сцене исполняли моя бабушка и мать. Например, роли Нурхони Халимы в одноименных спектаклях.
Зебо Амин-ЗадеФото предоставлено Зебо Амин-Заде
— Почему вы выбрали хореографию?
— Еще в детстве, когда я была с мамой на гастролях в Душанбе, случайно попала на отбор для учебы в Московское хореографическое училище. Меня взяли. Наше училище функционировало при Большом театре, и туда нередко приходили Галина Уланова и Майя Плисецкая…
Тем не менее, в балет я не пошла. Мне больше импонировали восточные танцы, и поэтому я перевелась в Ташкентское хореографическое училище, которое закончила в 1965 году.
Кстати, меня приглашали в знаменитый в ту пору государственный танцевальный ансамбль «Бахор» Узбекистана.
Но я вернулась в Худжанд, и устроилась в театр. Знаете, актерская работа в дальнейшем помогла мне в работе с моими подопечными.
Ведь танец – это мини-спектакль, где каждая танцовщица должна быть настоящей актрисой: если в кино или на спектакле актриса раскрывает образ в течение полутора-двух часов, то настоящая танцовщица должна это суметь в течение каких-то 3-5 минут.
Хореограф поневоле
— А как создавался ансамбль «Зебо»?
— В 1978 году меня избрали делегатом Всесоюзного съезда комсомола, и я приехала в Душанбе, чтобы оттуда полететь в Москву. Заодно решила по делам зайти в комитет Гостелерадио. Там узнала, что создается новый танцевальный ансамбль и идет отбор кандидатов.
Художественный руководитель ансамбля «Гульшан» Арифшо Арифов пригласил зайти посмотреть на девочек. А увидев, невольно высказалась по поводу их выступления. Выслушав мои доводы, Арифов вместе с председателем Гостелерадио Гаибом Каландаровым, неожиданно предложили мне возглавить новый ансамбль. И я решилась.
Если честно, до этого я никогда не думала о том, что буду хореографом, учить кого-то. Сегодня, анализируя тот случай, который стал решающим для меня, думаю, это судьба.
Первая концертная программа ансамбля состояла из 13 танцев – национальных, восточных и народов СССР. После нашей премьеры по телевидению, объявили конкурс на лучшее название нового ансамбля. В итоге остановились на названии «Зебо» — многие телезрители в своих письмах мотивировали свой выбор тем, что это красивые танцы, красивые девушки, красивые костюмы, да еще и руководителя ансамбля зовут Зебо…
Я рада, что вот уже около 50 лет зрители помнят наш ансамбль, любят его. Хорошо, когда твой труд заметен, и плоды твоего творчества оставляют след в сердцах людей.
— Я из того поколения, которое воспитывалось на танцах «Зебо», и даже сейчас ностальгирую по тем временам, когда мы, еще «зеленые» девчонки, подражая танцовщицам вашего ансамбля, на школьном дворе выплясывали «Эй, санам». Наверное, это был самый светлый период нашей жизни…
— Музыкальный руководитель ансамбля «Гульшан» Юрий Лядов предложил нам аранжировку этой зарубежной песни. К мелодии были написаны слова на таджикском, услышав которые, я поняла, что это должен быть современный танец с национальными элементами. Танец был подготовлен за несколько дней и когда Лядов первым увидел его, то вдохновившись, сочинил для нас большую танцевальную сюиту.
В мае этого года на презентации нового ансамбля «Зебо» президент страны отметил, что «Эй, санам» — это танец на все времена.
Танец в обмен на оружие
— Со своими танцами вы объездили полмира. Какие поездки запомнились больше всего?
— Наш ансамбль много гастролировал по республикам СССР и зарубежом — в Афганистане, Болгарии, Бельгии, Непале, Тунисе, Испании, Индии…
Но самое неизгладимое впечатление, пожалуй, оказал на нас Афганистан, куда мы ездили четырежды.
Это было в годы ввода ограниченного контингента советских войск. В свой первый приезд в театре «Кобул Нандори» мы давали по три концерта в день. Однажды, когда мы репетировали, недалеко от театра прогремел мощный взрыв. Все перепугались. Представьте мое состояние, я ведь головой отвечала за жизнь каждой моей девочки…
Никогда не забуду и наш концерт в 1981 году на кабульском стадионе, после выступления Бабрака Кармаля. Когда он закончил свою речь, то к небольшой сцене, где начали танцевать мы, с трибун хлынула огромная толпа. Это был просто кошмар, когда я представила, что любую мою девочку могут просто вырвать со сцены и пронести по рукам через толпу. Но все обошлось, мы выступили хорошо. Позже представители советского посольства рассказали, сколько душманов были вынуждены сдать свое оружие, чтобы попасть на наш концерт…
Школа танцев Зебо Амин-Заде в Согдийской областиФото предоставлено Зебо Амин-Заде
По сути, наш ансамбль проводил такую работу, которую политикам не всегда по силам. В 1993 году, когда в Таджикистане шла гражданская война, ансамбль поехал в Бельгию, чтобы участвовать на молодежном фестивале. Своими танцами и музыкой мы настолько покорили бельгийцев, что они удивлялись: «Как же такой народ может уничтожать друг друга?»
Это кажется неправдоподобным, но в католических церквях читали проповедь под нашу классическую музыку – «шашмаком» и молились, чтобы на таджикской земле наступили мир и согласие.
Я еще раз удостоверилась, что искусство может сближать и объединять людей. В Бельгии мы находились всего 3-4 дня и жили в семьях. Не знали языка, поэтому объяснялись жестами. Когда мы выступали на концертах, «родители» моих девочек из бельгийских семей приносили из дома бутерброды, заботились о них. Никогда не забуду момент расставания: провожающие, со слезами на глазах, сели прямо на дорогу и преградили путь автобуса, на котором мы уезжали. Плакали и мы в автобусе…
Выступления и гастроли ансамбля сделали девочек сплоченными и дружными. Мне было приятно, когда кто-то из моих подопечных сказал: «Вы создали не просто ансамбль, а семью». Прошло почти сорок лет, а они всё дружат и общаются между собой. Я тоже с ними иногда встречаюсь.
На другом поприще
— 15 лет вы проработали в этом ансамбле и вдруг, на удивление многих, в 1993 году перешли на государственную службу. Причем, сразу — на высокую должность, не имея партийной закалки и не поднимаясь по карьерной лестнице. Как это случилось?
— Да, был такой период в моей жизни. Мне предложили стать заместителем председателя Совета министров республики. Знаю тех, кто отказался от этого предложения, ведь никто не знал, что ждет впереди новоиспеченное правительство.
Работать в ту пору было непросто – еще шла гражданская война, а руководству страны нужна была поддержка, ведь команда была молодой. И хотя у меня не было необходимого опыта, посоветовавшись с родными, которые были шокированы этим предложением, я согласилась взять определенный участок работы на себя. Проработала я всего год, но постаралась оправдать возложенное на меня доверие.
В 1994 году я уехала в Москву, так как меня избрали председателем Координационного совета Межгосударственной телерадиокомпании «Мир», и одновременно — постоянным представителем Республики Таджикистан там.
Позже я работала в МТРК «Мир» в качестве советника председателя, затем — консультантом Межгосударственного экономического комитета – постоянно действующего координирующего и исполнительного органа Экономического союза государств-членов СНГ, который потом был преобразован в Исполнительный комитет СНГ, где я проработала до 2003 года, пока не вышла на пенсию.
Своя школа
— В 2012 году вы вернулись на родину и создали школу танцев в Худжанде. Как это получилось?
— В течение 20 лет, что жила в России, я каждый год приезжала в Таджикистан к маме. А когда она уже была в преклонном возрасте и часто болела, решила, оставив семью (а у меня трое сыновей, семь внуков и уже один правнук) в Москве, вернуться в Худжанд, чтобы быть рядом с ней.
Однажды, случайно встретившись со мной, тогда зампред Согдийской области Мавджуда Бобоева предложила организовать в городе танцевальный ансамбль. Но я решила создавать не ансамбль, а школу танцев Зебо Аминзаде Согдийской области.
Когда в СМИ объявили о том, что идет набор, желающих было очень много. Уже через 4 месяца мы выступали на крупном областном мероприятии. Публика встретила наш выход бурными овациями.
Вновь соданный ансамбль Зебо, 2016 годФото предоставлено Зебо Амин-Заде
Жизнь творческих людей не без проблем. Некоторые недоброжелатели хотели, чтобы я все бросила и уехала. Но я выстояла, потому что твердо решила не сдаваться и работать дальше, так как поставила цель сделать все возможное для развития танцевального искусства в республике.
В апреле 2014 года во время своего пребывания в Согдийской области, глава государства Эмомали Рахмон пригласил меня на работу в Душанбе для возрождения государственного танцевального ансамбля танца «Зебо».
Меньше чем через четыре месяца, в дни проведения ШОС в Душанбе, новый состав ансамбля в количестве 40 человек исполнял «Эй санам» в концертной программе. А 21 мая 2016 года состоялась презентационная программа ансамбля, на которой лично участвовал президент страны уважаемый Эмомали Рахмон, за что я ему очень благодарна.
Давно мечтала, чтобы для нашей школы танцев в Худжанде выделили зал, а для приезжих девочек построили общежитие. Недавно президент страны открыл в Худжанде прекрасное трехэтажное здание для ансамбля, с общежитием, зрительным и репетиционным залами, гримерными, в общем, со всеми необходимыми условиями.
Теперь же я мечтаю о том, чтобы в столице Таджикистана был создан театр танца, музыки и поэзии. В этой школе я и мои ученицы, которых немало, могли бы подготовить профессиональные кадры для всех танцевальных коллективов страны.
Мечтаю успеть сделать как можно больше для своей страны и своего народа.
Этой осенью оставайтесь с нами в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК
