Как назовешь корабль – так он и поплывет (2-я часть)

0
62

В 1991 год распался СССР… Депутаты последнего 12 созыва Верховного Совета Киргизской ССР, по логике вещей, должны были самораспуститься, но, вместо этого, они самопровозгласили самих себя – депутатами Первого "созыва" Жогорку Кенеша Республики Кыргызстан.  На долю этих депутатов и выпала честь утверждать символику нового суверенного государства: гимна, герба и флага. С учетом этих заслуг за "первым созывом" депутатов ЖК в последующие годы навсегда закрепилась почетная приставка – "легендарный парламент". Перед "легендарными" стояла еще одна архиважная миссия – восстановление попранной исторической справедливости, обуславливающее возвращение столице государства первоначального названия. В изменившихся исторических реалиях, молдаванское название столицы (Фрунзе) воспринималось уже как нонсенс: било по самолюбию и задевало национальное достоинство кыргызов (прославленных баатыров у нас и самих было предостаточно).  К этому следует добавить, что в 1926 году вопрос о переименовании кыргызской столицы решался не волеизъявлением коренного населения края, а по прямой указке Кремля. Депутаты первого "созыва" ЖК, "засучив рукава" рьяно взялись было за дело, но, вскоре, стали "догонять", что миссия – невыполнима и оставлять название Фрунзе нельзя, и возвращать первоначальное Пишпек – тоже не было никакого резона. Восстановление исторической справедливости в данном случае означало бы, ничто иное, как увековечение памяти о периоде угнетения кыргызского народа кокандскими завоевателями!? Депутатам пришлось искать другие варианты, углубляться в историю и, вскоре, они "нарыли", что между реками Аламудун и Ала-Арча в древности существовал город Джуль.

Справочно: Согласно персидским источникам в средние века в искомом междуречье существовал некий город Джуль (в китайских летописях – Ван Сунь), Все средневековые города Чуйской долины своим зарождением обязаны исключительно "Великому шелковому пути", наивысший рассвет которых пришелся на эпоху караханидов (10-12 века). Города Баласагын, Джуль, Нузрет и ряд других, являли собой цветущие оазисы Чуйской долины, однако в начале 13 века в результате монгольского нашествия они были полностью разрушены и стерты с лица земли.

Казалось бы – истина найдена! Вот, оно, подлинное историческое название – город Джуль, который существовал в междуречье более 1000 лет назад!  Однако, неведомое и диковинное слово "Джуль" смущало  депутатов еще больше, нежели кокандское – Пишпек и молдаванское – Фрунзе… Депутаты решили: Баста! Никаких Пишпеков, Фрунзе и Джулей!  Все три названия – чуждые, привнесены извне и, самое главное – звучат не по-нашенски, не по-кыргызски! Все три названия никак не могут олицетворять главный символ кыргызской государственности!  Задним числом нам остается согласиться с "легендарными": во всех трех названиях действительно нет ничего святого для кыргызского сердца!

В самом разгаре полемики и жарких споров, вдруг, одну умную депутатскую голову осенило: – Эврика!   "Пишпек" – это не привнесенное извне чужеземное слово! "Пишпек" – ничто иное, как искаженное кокандцами и смягченное в произношении, исконно кыргызское слово – "Бишкек", то бишь –   колотушка. Но депутаты дружно запротестовали: Какая, еще, на хр.. колотушка?!  Обозвать   колотушкой крепость какую-нибудь или деревушку, еще, куда ни шло, но столицу государства!? Тем не менее, вброшенная в депутатские головы тема "бишкек-колотушки" получила развитие… Появлялись и отбрасывались самые разные версии,  пока не всплыла легенда о том, как в давние времена, некая женщина во время перекочевки, якобы уронила в этих местах мутовку-бишкек (деревянная колотушка, которой взбивают кумыс) и, будучи на сносях, наклоняясь за сим предметом домашней утвари, упала с лошади и разродилась мальчиком, которого, как водится у кыргызов, ситуационно, тут же нарекли Бишкеком (если бы отец родившегося ребенка в тот счастливый день случайно наступил на коровью "лепешку", то мальчика могли окрестить и  Бокбасаром). А местность с тех пор, тоже, ситуационно, стала называться Бишкеком. Депутаты облегченно вздохнули: наконец-то, удалось свести концы с концами! Кокандцы, тут, действительно, не причем: они не привнесли с собой иноземное название, а дали название своей крепости, сообразуясь с названием данной местности, а кого там родила кыргызская женщина и как она назвала своего ребенка для них – дело десятое.  Одно  смущало депутатов: "Бишкек", хоть и кыргызское слово, но, какое-то, уж, слишком простецкое, как-то не тянущее на то, чтобы главный символ государства носил такое имя. После недолгих споров, депутаты резонно решили отойти от традиции, следуя которой столицу пришлось бы называть какими-то несуразными именами. Кто мешает, подумали депутаты, переименовать столицу в честь одного из самых выдающихся баатыров, коими полна кыргызская земля.  Народная память хранит имена таких прославленных кыргызских баатыров, как:  Барсбек Баатыр, Ормон-хан Баатыр, Тайлак Баатыр,  Бердике Баатыр,  Шабдан Баатыр.., имена тех же солтинских героев – Жаил Баатыра  и Байтик Баатыра.

Все вышеперечисленные имена – выдающиеся политические деятели минувших лет. Но странное дело? Депутаты о них даже не заикались и, словно, сговорившись, принялись героизировать образ этого, невесть откуда взявшегося Бишкека, родившемуся, если верить легенде, в этих местах: оказывается рос этот мальчик Бишкек крепким, сильным и со временем, превратился в настоящего баатыра, совершавшим славные дела и ратные подвиги!   Якобы, даже, существовал кумбез на месте захоронения этого Бишкек – "баатыра": то, ли, на берегу реки Аламудун, то, ли – Ала-Арчи…  С кем конкретно воевал новоявленный герой и какие при этом он совершал подвиги – легенда и память людская умалчивает (в описываемый период времени, "легендарные" о кузнеце по имени Бишкек  Кененбай уулу,  еще, ничего не слышали – как таковой он появился в устном народном творчестве намного позже).

Новое название столицы рождалось в горячих спорах, которые выплескивались за пределы зала заседаний, продолжались в перерывах, кулуарах и, вполне естественно, стенограммы этих сумбурных обсуждений, порой сопровождавшихся ненормативной лексикой, никто не вел и, ваш покорный слуга за достоверность тех или иных вышеприведенных высказываний, выражений и слов, поручиться не может, но атмосфера была воссоздана примерно такой, которую описывали депутаты, с которыми пришлось общаться. Как бы там ни было, но "легендарные" сошлись в едином мнении –  столицу Кыргызстана город Фрунзе следует переименовать в город Бишкек. А то, что любой из вышеперечисленных баатыров дал бы этому Бишкеку фору в 100 очков вперед, оказалось делом десятым…

Ну, как такое, вообще, могло быть, наверное удивятся многие?! Могло, мой дорогой читатель, могло, если бросить ретроспективный взгляд во времена тридцатилетней давности: суверенитет, независимость и полная свобода действий спровоцировали небывалый всплеск центробежных сил,   обострение региональных противоречий, раздоры между кланами, родоплеменную борьбу за власть. Саяки, бугинцы, солтинцы, сары-багыши, равно как и все остальные кыргызские племена дружно кинулись сплачивать свои ряды, объединяться вокруг своих новоявленных лидеров, повсеместно в арендованных зрительных залах филармонии, оперном и других театров проводились курултаи, на которых образовывались оргкомитеты… Нужно было закрепляться на вновь образуемых властных структурах.  В Таласе, например, месяцами не утихала противостояние двух крупнейших племен за кресло акима района, потасовки временами перерастали в нешуточные массовые драки. В Наукатском районе Ошской области развернулись бои местного значения за каждый этаж  райадминистрации. На каждом захваченном этаже восседали по одному акиму, представлявшему тот или иной род!? Всю эту творившуюся в республике вакханалию можно было охарактеризовать тремя словами: "Разгул демократии по-кыргызски!". Выше мы упомянули прославленных кыргызских баатыров. А ведь каждый их них принадлежал тому или иному кыргызскому роду. Так, вот – каждому из них на малой родине в мгновение ока были сооружены величественные конные статуи. Каждый из них, являясь символом и знамением, в любой момент мог быть предъявлен как мандат  заслуг  того или иного рода-племени перед всем кыргызским народом.

И вот, в такое бурное и непростое для республики время, депутатам нужно было решать: в честь какого баатыра следует переименовать столицу государства? Тут, даже "чаши весов" не потребовалось. Депутаты дружно и единодушно проголосовали в пользу новоявленного героя – Бишкек – "баатыра", главным преимуществом которого было то, что он не являлся чьим либо знамением, ни чьи интересы не представлял, т.е. оказался нейтральной компромиссной фигурой, которая устраивала всех.  Тонкая политика, понимаете ли…

Ну, а теперь, мой дорогой читатель, перейдем к квинтэссенции всего нашего повествования – третьему и последнему переименованию столицы Кыргызской Республики, которое, давно напрашиваясь, просто вопиет,  которое стучится в наши кыргызские сердца! Пришла долгожданная пора для того, чтобы историческая справедливость была восстановлена и столице государства было присвоено того, кто более всего этой чести достоин, кто вне всякого сомнения является величайшим наследием и достоянием всего кыргызского народа! Конечно же это великий МАНАС!

Дух МАНАСА – Баатыра во все времена являлся, без всякого преувеличения, единственным   талисманом-оберегом кыргызов! С именем "МАНАС" на устах, взбивая копытами своих боевых коней пыль веков (кылымдарды чандатып), кыргызы промчались  мимо гибнущих великих империй и цивилизаций, не сгинули во мраке тысячелетия, не растворились бесследно в других народах, а преодолев  великое временное пространство, не только сохранились сами, но и вынесли на порог третьего тысячелетия (в первозданном виде и полной сохранности): свое изначальное древнее самоназвание, родной язык, обычаи, традиции, самобытную культуру, ярчайший национальный  фольклор, признанные мировым сообществом эталоном всей кочевой цивилизации (Именно по этой причине Всемирные Игры Кочевников (ВИК) пришлось трижды подряд проводить в Кыргызстане!  Именно поэтому – на четвертые ВИК, которые в 2022 году проводились в Турции, организаторы вынуждены были пригласить около 400 кыргызстанцев, чтобы уникальной кыргызской этнокультурной программой приукрасить спортивную часть ВИК).

Кыргызы… Если в них вселяется дух великого МАНАСА становятся несокрушимой силой, ураганом, сметающим все на своем пути! После очередной октябрьской революции 2020 года, когда всего за одну ночь было покончено с прежней властью, некий россиянин, изумленный и потрясенный духом кыргызов, не сдерживая эмоций, восклицал в своих комментариях: "Вот, это, да!? Ай, да киргизы! Респект вам и уважуха! – Киргизы, никого в мире, равных вам – нет!". А еще раньше (в 2010 г.), когда кыргызский народ сметал с пути очередную неугодную власть, один отчаявшийся москвич, которому видимо было уже нечего терять, много дней простаивал перед зданием мэрии Москвы с плакатом: "Не будите во мне киргиза!". Слово – "кыргыз" на всем СНГовском пространстве стало именем нарицательным, означающим: несгибаемый дух и отчаянное бесстрашие!

Как-то, в одном из своих публичных выступлений, наш уважаемый АЖО, поведал о примечательном эпизоде, который имел место быть на одном из последних Саммитов глав государств СНГ: "…ко мне, в кулуарах подошел один из президентов, не стану говорить – кто именно,  и крепко пожав мне руку произнес: – С таким духом, как у твоего народа – никто не сможет вас победить!".  По всей видимости, визави нашего президента, этим комплиментом, хотел выразить свое уважение и моральную поддержку нашему народу в связи с известными событиями, происходившими в те дни на кыргызско-таджикской границе. Наверняка, этот президент, восхищенный духом нашего народа, не догадывался: – Откуда кыргызы черпают свои силы и откуда у них берется такой дух?!

Но вернемся к нашей столице.

И, здесь, нам, не обойтись без риторического вопроса?  Ну, почему же тогда, 30 лет тому назад, "легендарные" не воспользовались благоприятнейшим моментом и не переименовали столицу в честь великого МАНАСА?!  Ведь, они, депутаты, считающиеся самой образованной частью – элитой общества, не могли не знать, что МАНАС – это, тот самый духовный стержень, который не разделяет, а скрепляет в единое целое кыргызов: Баткена, Джала-Абада, Оша, Таласа, Сары-Озона, Нарына и Приссыккулья!!! Не, уж, то, они, "легендарные", подзабыли, что перед лицом надвигающейся всеобщей опасности кыргызы всегда воодушевляли самих себя победоносным боевым кличем – "МАНАС!.., МАНАС!", но никак, не – "Бишкек, Бишкек"… Потому что МАНАС для кыргызов – общее знамение и общий символ, а Бишкек, в общенациональном масштабе, ровным счетом – НИКТО!

Но ничто в этом подлунном мире не случается беспричинно. Это сейчас с высоты сегодняшнего дня мы можем недоуменно вопрошать – ПОЧЕМУ?! Это, в наши дни, если бы вопрос решался о переименования столицы республики – МАНАС, вне всякого сомнения, прошел бы на "ура!" и – под бурные аплодисменты всего народа! Тем более, что новое руководство республики обнаруживает способность принимать волевые решения. Но, тогда, 30 лет назад Манас все еще продолжал пугать чиновничий люд – долгие, очень долгие годы, величайший кыргызский БААТЫР  находился вне закона, был вычеркнут из школьной и ВУЗовской учебных программ, а если и упоминался, то нарочито – в образе сказочного героя, летающего на волшебном коне и сражающегося с драконами.  МАНАСА пытались вытравить из памяти народа, а все дело обставить так, что МАНАС – это, всего, лишь, красивая народная сказка-миф…

В годы перестройки, когда появились ростки гласности и свободы слова, кыргызы стали задумываться о своих корнях, предпринимались робкие попытки реабилитировать имена опороченных просветителей,  стоявщих у истоков национальной поэзии, письменности. Тут же, в Центр и ЦК КП республики полетели письма-доносы о том, что такие-то деятели – науки, культуры,  просвещения  пытаются поднять на щит вредительские учения буржуазных идеологов Касыма Тыныстанова,   Жусупа Абрахманова, других разоблаченных "врагов народа", имена реакционных акынов – Молдо-Кылыча, Жени-Жока, восхвалявших в своих стихах бай-манапское прошлое народа. Из-за панической боязни быть обвиненным в попустительстве и пособничестве националистическим поползновениям и непринятии мер, снова началась "охота на ведьм". Многие ученые, деканы факультетов, просто преподаватели, поплатились своими должностями, званиями, были исключены из партии. А, что, уж тут говорить о МАНАСЕ – неисчерпаемом  источнике бунтарского духа кыргызского народа! Снять все ограничения с МАНАСА – все равно, что выпустить джина из бутылки!  В начале девяностых события в Вильнюсе и Тбилиси показались бы "цветочками" на фоне необузданного и яростного кыргызского бунта! С именем МАНАСА на устах, кыргызы могли запросто разнести в пух и прах тогдашнюю власть в республике! И это явилось бы, без всякого преувеличения, самым резонансным   выступлением на всем советском пространстве!

Кыргызов, пока в них не вселился дух МАНАСА, нужно было как-то сдерживать. Властям нужно было чье-либо авторитетное мнение, желательно маститого литератора и, вот, в СМИ распространяется открытое письмо (в адрес ЦК КП Киргизии) народного поэта, писателя, академика,  Героя социалистического труда – "Балки", в котором корифей кыргызской советской литературы вопрошает: " … конфеты "Манас", аэропорт "Манас", поселок Манас?!  Сколько же можно увлекаться этим  Манасом?".

Справедливости ради, нужно отметить, что тогда, в зале заседаний ЖК,  все же раздался один робкий голос: "А что, если, столицу переименовать в честь баатыра Манаса? Депутаты смутились, впали в раздумье… Но тут, среди них нашелся какой-то дотошный депутат-ботаник, отыскавший с лупой в руке на испещренной тысячами названий городов и населенных пунктов китайской географической карте – название "Манас": не то – поселка, не то – какого-то городишка. "Слуги народа" сей аргумент сочли вполне убедительным и согласились с доводами о том, что двух городов с одинаковыми названиями "Манас" на карте мира быть не должно!  Мол, породим путаницу… И всем было невдомек, что на свете существуют десятки и сотни  городов с названиями: Париж, Курск, тысячи – с вариациями имени Ленина…  Далеко за примерами ходить не надо: только в одном Кыргызстане имеется около 300 сел и поселков с названием "Арал", а в тюркском мире таких "Аралов" – тысячи! Неужто этот, затерянный в дебрях китайской глубинки городок, о существовании которого не догадываются и сами китайцы, более достоин называться Манасом,  нежели столица Кыргызстана?!

В этой связи уместно напомнить, что наш могущественный сосед Китай для того, чтобы придать своему величию еще большего веса, не преминет воспользоваться малейшей возможностью присовокупить к собственной истории имена выдающихся личностей прошлого, Чингисхана, например.   В начале нулевых годов Китай подал в ЮНЕСКО заявку на признание эпоса "Манас" – величайшим духовным наследием Китайской Народной Республики… (!?).  И только благодаря депутату ЖК Карганбаю Самакову, который со всеми необходимыми доказательствами помчался в Париж, в штаб-квартиру ЮНЕСКО (иначе бы не успел), чтобы восстановить справедливость и отстоять законное право кыргызов на "МАНАС"!  Но китайцы – народ не угомонный, снова подали в прошлом году –  заявку в ЮНЕСКО – на этот раз признать эпос "Манас"  величайшим духовным наследием культуры малых  народов КНР (?!). Своим ничегонеделанием, мы, кыргызы, доведем ситуацию до того, что Манас  официально будет признан национальным достоянием китайского народа.  Где нам еще взять  второго Карганбая, который, бросив все дела, помчится в Париж?! Пора уже поставить точку  в межгосударственных спорах о принадлежности МАНАСА! Весь мир, раз и навсегда должен воочию убедиться – вот оно, и ядро,  и сердце кыргызского народа, вот он  – самый  главный символ кыргызов – город МАНАС – столица Кыргызской Республики! Посмеют ли, после этого, китайцы оспаривать, что великий МАНАС  является их национальным достоянием?!

PS: От правильного подбора названия главного символа страны – многое зависит. Знающие люди – не зря говорят: "Как назовешь корабль, так он и поплывет!".

Наш президент, уважаемый Садыр Нуркожоевич, вполне  искренен в своих желаниях сделать так, чтобы кыргызы перестали делиться: на северян и южан, таласских и нарынских,  акаевских и бакиевских. Уважаемый Садыр Нуркожоевич искренне пытается найти объединяющий стержень, тот самый, который сделает кыргызов единым и сплоченным народом! Пожелаем ему удачи в этом благородном деле!

Источник